Все о геологии :: на главную страницу! Геовикипедия 
wiki.web.ru 
Поиск  
  Rambler's Top100 Service
 Главная страница  Конференции: Календарь / Материалы  Каталог ссылок    Словарь       Форумы        В помощь студенту     Последние поступления
   Геология >> Геоэкология | Книги
 Обсудить в форуме  Добавить новое сообщение

Захоронение радиоактивных отходов в геологических структурах на Дальнем Востоке: прoблемы оценки

Автор: Р.С. Моисеев
Камчатский Институт Экологии и Природопользования ДВО РАН
Оглавление
Список сокращений

3. Правовое обеспечение

Правовые аспекты "проблемы РАО", как и в целом проблематики, связанной с ядерной энергетикой и ядерной безопасностью, достаточно специфичны, чтобы выделить их рассмотрение в специальную сферу "правовое обеспечение". Они находятся в большой зависимости от субъективных факторов и в то же время жестко регламентированы. В силу этих обстоятельств, казалось бы, методически допустимо элиминироваться от анализа правовой стороны при рассмотрении экосистемных и социально-экономических аспектов "проблемы РАО". Экосистемный и социально-экономический анализ, как правило, правовым образом слабо регулируем и обращен на объективные обстоятельства в их краткосрочном, среднесрочном и долгосрочном развитии. Отстраненность от оценки правовых аспектов характерна при анализе практических конкретных хозяйственных и экологических вопросов. В еще большей мере это проявляется при достаточно отвлеченном фундаментальном научном рассмотрении проблематики развития природных и общественных систем, опирающемся на исследования объективных, достаточно долговременных и устойчивых законов природы и общества, по сравнению с которыми законы, измышленные мятущимся человечеством, кратковременны, изменчивы, преходящи.

Представляется, что такая отстраненность может быть объяснена, но не всегда будет обоснованной, в силу того что в человеческом обществе, особенно современном, любая человеческая деятельность, экономическая и социальная по содержанию, совершается в рамках, устанавливаемых в правовой форме [153].

В нашем случае полагаем необходимым рассмотреть некоторые правовые аспекты обсуждаемой проблематики, поскольку без рационального и эффективного правового регулирования общественно приемлемое решение "проблемы РАО" не достижимо. При рассмотрении понятия "проблемы РАО" в главе 1 мы имели возможность столкнуться с примером важности достаточно совершенного обеспечения, кроме иных, и правовой стороны ее решения.

Прежде всего, повторим, что новый, специфичный характер опасности, связанной с использованием ядерной энергии и получением при этом радиоактивных отходов, осознан человечеством относительно недавно и неполно. Восприятие этой опасности человечеством пока еще излишне опирается на эмоции.

Международное правовое регулирование деятельности человечества, связанной с принятием мер по уменьшению ядерной опасности, началось с попыток регулирования применения, испытаний, распространения ядерного оружия и наиболее заметно проявилось в разработке международных правовых систем ядерной безопасности в военной сфере. Именно поэтому некоторых, возможно и неполных по сравнению с планируемыми, но очевидных успехов мировое сообщество достигло в области неприменения, нераспространения, сокращения запасов, сокращения и прекращения производства, а также испытаний ядерного оружия вообще, отдельных видов, в определенных природных средах [30,138]. Для регулирования мировой практики гражданской ядерной энергетики на межгосударственном уровне было создано Международное агенство по атомной энергии (МАГАТЭ). Параллельно продолжали развиваться национальные институты правового регулирования деятельности, связанной с вовлечением в техногенный оборот ядерной энергии.

В наши задачи не входит полный анализ положительных и отрицательных сторон международных и национальных правовых механизмов обеспечения ядерной безопасности и практики их использования. Обратим внимание на некоторые, важные для нашей темы направления, по которым необходимо совершенствование системы права и правоприменения.

Прежде всего отметим, что в международных правовых механизмах, регулирующих отношения, связанные с ядерной энергетикой и ядерной безопасностью, отчетливо проявляются традиционные в современном мире двойные стандарты: для стран "развитых" и "развивающихся"; для стран идеологически "своих" и "чужих"; для стран, уже имеющих развитую "ядерную промышленность" и ядерное оружие, и стран, только пытающихся их иметь.

Пока еще недостаточна научная исследованность объекта и предмета правового регулирования в проблематике ядерной безопасности. Вследствие этого возникает возможность случайного появления или осознанного создания правовых коллизий в разрешении реальных общественных ситуаций. В результате становятся реальными разного рода общественные внутригосударственные конфликты, вплоть до манипулирования правовыми общественными механизмами в частных интересах.

Недостаточна отработанность научных, технологических и юридических проблем, связанных с пониманием содержания и механизмов разрешения рисковых ситуаций по всем технологическим цепочкам в "ядерной энергетике". Масштабность и специфика рисковых ситуаций в этой сфере позволяет почти каждую чреватую аварией ситуацию на отдельном ядерном объекте рассматривать как событие потенциально международного значения. Необходимость включения в ликвидацию последствий аварии сил и средств других государств понятна всем, но естественны и опасения, связанные с недостаточной правовой определенностью возникающих положений и вышеназванными "двойными стандартами". В то же время представляются конструктивными складывающиеся в мировом сообществе общие подходы к регулированию проблем ядерной безопасности. На обще планетарном уровне определяются принципы, основные положения, главные направления, а также регулируются некоторые, ограниченные по типам конкретные ситуации, безусловно, затрагивающие глобальное сочетание геополитических межгосударственных интересов или экологических проблем планетарного масштаба, в таких, например, сферах, как космос и атмосфера. "Земную" экосистемную и социально-экономическую проблематику, связанную с ядерной безопасностью, более целесообразно регулировать на межрегиональном, субглобальном, ограниченном межгосударственном уровнях, в каждом случае в рамках тех природообщественных систем, которые реально охватываются опасными воздействиями.

В рамках этих систем, как правило, принимаются решения и применяются конкретные меры по предотвращению, ликвидации, локализации, нейтрализации опасных воздействий на окружающую среду и их последствий. Участие извне этих-систем чаще всего осуществляется в форме разовой помощи, вписывающейся в комплексные и длительные по времени программы.

Правовая регламентация вышеназванных мер также целесообразна в межрегиональном, субглобальном, межгосударственном масштабах. Состав участников и правовые формы в каждом случае должны соответствовать реальному содержанию ситуации: границам и структуре охватываемых воздействием природообщественных систем, характеру и масштабам воздействий и последствий и т.п.

Во второй половине XX в. постепенно складывается такого рода система международно-правовых механизмов, методов, способов, правил регулирования хозяйственной деятельности, оказывающей воздействие на состояние окружающей среды и природных ресурсов в достаточно целостных природообщественных системах, разделенных государственными и административными границами [56,69,99,111,142]. Таковы попытки организации межгосударственных взаимодействий по регулированию природопользования в крупных региональных природообщественных системах, в бассейнах рек Дунай, Амур, Волга, Дон, Днепр, Балтийского, Баренцева, Черного, Каспийского морей.

В рассматриваемом нами случае характер проблемы позволяет ожидать, что она, вписываясь в общую тенденцию, может быть решена с использованием вышеназванного опыта международных взаимодействий. Однако для полноценного регулирования этой проблемы необходима разработка специфичной, отличной от названных выше региональных, системы международно-правовых механизмов. В первую очередь, специфичен характер повышенной опасности для биосферы и человека, являющейся основной причиной разработки этих механизмов. При этом должны и могут быть рассмотрены в комплексе не только "радиационные", но и все иные виды антропогенных воздействий, последствия которых проявляются в пределах субглобальной природообщественной системы, включающей в себя северную часть Тихого океана (Бореальная Пацифика) и прилегающие к ней территории Азии и Америки [51,67]. В этих пространственных границах осуществляют хозяйственную деятельность не только непосредственно расположенные в них государства, т.е. США, Канада, Япония, Россия. Здесь экономически функционируют Китайская Народная республика, Тайвань, КНДР, Республика Корея, Польша и другие страны, имеющие право на основании действующих международных соглашений беспрепятственно заниматься хозяйственной деятельностью в открытых районах Мирового океана. Среди видов опасных воздействий этой деятельности могут быть названы: сброс в гидросферу токсичных отходов; недостаточно регулируемый, подрывающий собственную природно-ресурсную базу промысел рыбы и морепродуктов; разведка и разработка нефтяных и газовых месторождений на шельфе, в особенности в районах со сложной сезонной ледовой обстановкой. Последствия таких воздействий могут проявиться в пределах всей вышеназванной субглобальной природообщественной системы в разнообразных формах и масштабах. При наиболее рациональном подходе все они должны быть учтены в комплексной разработке, где природопользование в природообщественной системе рассматривалось бы как целостный процесс. Но отсутствие такого рода комплексных разработок и невозможность их выполнения в ближайшее время не должны быть препятствием для разработки механизма обеспечения ядерной безопасности, радиационной безопасности как сферы специфичной по характеру и масштабам возможных воздействий и последствий.

Таким образом, особенность ситуации состоит в том, что радиационная опасность распространяется на более крупную, чем региональная, субглобальную систему, включающую части Тихого океана и двух континентов, Азиатского и Американского; при этом затрагиваются жизненные интересы нескольких крупнейших народов и государств мира. Это опасно не только для состояния биосферы и здоровья человека, но и для функционирования, а возможно и существования крупнейших межотраслевых и межгосударственных хозяйственных комплексов.

Международные усилия, требующие правового регулирования отношений прежде всего между непосредственно заинтересованными государствами, могут быть ориентированы в нескольких направлениях. Они могут регламентировать поведение каждого отдельного государства в общих межгосударственных интересах. Могут сконцентрироваться на поисках и реализации общих или полностью скоординированных, или в разных формах взаимоувязанных мер по обеспечению решения "проблемы РАО" финансовыми и материальными ресурсами. Могут ориентироваться на расширение и углубление научных исследований и проектно-конструкторских разработок; расширение поисков вариантов размещения площадок, пригодных для исследования возможности решения "проблемы РАО". Сложность таких поисков может быть проиллюстрирована следующим примером. Весьма малое по территории, в сравнении с рассматриваемой нами системой, государство Швейцария при поисках места для размещения РАО поручило проанализировать 100 площадок, отобрав для дальнейшего анализа 20 из них [77,78]. В северотихоокеанской природообщественной системе поиски могут ориентироваться на обеспечение гарантированной безопасности для всех расположенных здесь государств и распространяться на территории всех этих государств. Это соответственно усложняет и проблему поисков.

Система межгосударственных соглашений по рассматриваемой нами проблеме, увязанная с межгосударственными правовыми нормами (договоры, конвенции и т.п.) по Мировому океану, ядерной безопасности и другими, может обеспечить решения, экологически безопасные для биосферы и человека в пределах всей названной субглобальной системы и социально-экономически эффективные для всех заинтересованных стран и народов. В исторической же постановке вопроса поиски полного решения "проблемы РАО" в региональных и субглобальных масштабах становятся одним из многих факторов, объективно способных привести народы и государства к объединенному обще планетарному решению своих судеб в условиях глобального экологического кризиса.

Во внутригосударственном плане важно отметить, что после аварии на Чернобыльской АЭС, на фоне вполне объяснимого всплеска негативного отношения к ядерной энергетике и повышенного, эмоционально обостренного внимания к обеспечению ядерной безопасности, в обществе постепенно подготавливалась правовая база для рационального решения всего комплекса соответствующих проблем. До этого периода основной массив нормативных актов составляли нормы, правила, инструкции [81, 84,85,113]. В первой половине 1990-х гг. разработана и принята [100] иерархически и по видам регулируемых отношений гораздо более полная система правовых актов [93-97,132,133,135]. Неполный перечень только законов, определяющих ее содержание, приведен в главе 1. Поскольку в наши задачи не  входит исчерпывающий анализ всей системы отечественного законодательства по ядерной энергетике и ядерной (радиационной) безопасности, затронем только две проблемы. Они имеют определяющее важное значение как для решения "проблемы РАО" в целом, так и в рассматриваемом нами конкретном предложении о закачке РАО в геологические структуры на Дальнем Востоке.

Выше, при анализе определений "проблемы РАО", было отмечено несовершенство понятийного аппарата, применяемого как в научной литературе, так и в нормативных документах. При наличии к 1995 г. большого количества нормативных материалов практика из-за несовершенства понятий породила много коллизий. Одна из них оказалась предметом судебного разбирательства на высшем в стране уровне и потому вышла из разряда "официально" или традиционно "закрытых" тем и попала на открытое рассмотрение в средства массовой информации.

Закон РФ "Об охране окружающей природной среды" запрещает ввоз в Россию, в целях хранения или захоронения, радиоактивных отходов и материалов из других государств. Однако "атомщики" всегда считали, что ОЯТ не относится к радиоактивным отходам и материалам, а значит, запрет Закона об окружающей среде на него не распространяется. Для них отработанные топливные кассеты являются продуктом для дальнейшего производства, "сырьем" [122].

На выработанную практикой производственную трактовку понятий "отходы" и "сырье" наложилась нормотворческая новация. В Указе Президента РФ N3 89 от 20.04.1995 г. "О дополнительных мерах по усилению контроля за выполнением требований экологической безопасности при переработке отработавшего ядерного топлива" вместо ранее употреблявшегося в природоохранной терминологии "хранение" применено понятие "временная выдержка" [126,127].

В п.1 Указа Президента РФ N72 от 25.01.1995 г. "О государственной поддержке структурной перестройки и конверсии атомной промышленности в г.Железногорске Красноярского края" использована лингвистическая конструкция, позволяющая начинать и продолжать строительство и финансирование объекта повышенной экологической опасности до проведения государственной экологической экспертизы, что не соответствует и положениям природоохранного законодательства, и требованиям логики [126].

Рассмотрение Верховным Судом РФ вышеназванного Указа Президента РФ N72, в котором концентрированно выразились вышеперечисленные противоречия, - каким бы решением ни завершилось - только высвечивает, но не снижает проблему необходимости совершенствования законодательной базы, регулирующей право отношения в сфере ядерной энергетики и ядерной безопасности. Эта база молода, но недостаточно совершенна не столько по молодости. Она формировалась в характерной для периода 1987-1996 гг. обстановке общей торопливости, бессистемности законотворческих процессов, политических компромиссов, паллиативных подходов, недостаточного профессионализма, слабой исследованности проблематики, неупорядоченности взаимодействий между ведомствами, легкости законодательного оформления частных интересов методами "лоббирования" и "ангажирования" отдельных политиков и политических движений и др.

С уровня законов тенденция к понятийным неточностям нисходит в подзаконные акты.

В 1995 г., например, утверждены временные методические рекомендации [20], устанавливающие наряду с прочими положениями и общие для применения в РФ понятия, определяющие важнейшие явления, имеющие место в сфере обращения с отходами, в том числе радиоактивными. Необходимость такого документа несомненна. Но обратим внимание на следующее.

Содержание понятия "размещение отходов" определено как любая операция по хранению и захоронению отходов. Из определения может следовать, что размещение понимается здесь как процесс, а не результат. Конец этого процесса совпадает с началом процесса собственно хранения и захоронения. Начало же процесса размещения не определено. Поэтому, при наличии соответствующего интереса, можно постараться обосновать, что транспортировка отходов от места их образования до места хранения не является операцией размещения отходов, а следовательно, не попадает под соответствующую юрисдикцию.

Содержание понятия "хранение (складирование) отходов" определено как изоляция с учетом временной нейтрализации отходов, направленная на снижение опасности для окружающей среды. Для хранения устанавливается срок его нахождения в местах складывания. Из определения следует, что отходы должны быть нейтрализованы, т.е. должна быть обеспечена их полная безопасность, хотя и на время. Но из этого же определения следует, что при хранении отходов должно обеспечиваться только снижение опасности, но не полная безопасность. Что это может означать на практике, если отходы - это радиоактивные, да еще высокоактивные вещества, нет необходимости комментировать.

Содержание понятия "захоронение отходов" определено как изоляция отходов, направленная на исключение попадания загрязняющих веществ в окружающую среду и исключающая возможность дальнейшего их использования. Обратим внимание на возможность дальнейшего использования отходов, исключение которой сегодня представляется совершенно необходимым:

технологически обеспечить безопасность использования отходов сейчас невозможно, а категорически отсечь безнравственные попытки отдельных субъектов их использовать - нужно. Завтра человечество может не только открыть способ экологически безопасного, экономически эффективного использования этих отходов, но, возможно, их использование окажется необходимым. И общество вступит в противоречие не только с узаконением, что не столь серьезно. Оно столкнется с техническими, технологическими, конструктивными и иными материальными явлениями, которые должны были реально, а не только правовым образом исключить возможность использования.

Необходимо отметить, что названные явления могут воспрепятствовать и переработке отходов с нейтрализацией в них радиоактивных свойств, когда человечество разработает соответствующие методы.

Здесь рассмотрены только некоторые недостатки в понятийном аппарате правового обеспечения радиационной безопасности, но и этого достаточно для вывода о необходимости совершенствования этого аппарата.

Представляется не только целесообразным, но неотложным провести тщательную научную, юридическую, лингвистическую доработку законодательства по названной тематике и внести коррективы в действующие законы и нормативные акты. Без единообразия в понимании предмета правового регулирования система права может оказаться в конкретных ситуациях бесполезной или даже общественно вредной, а события будут развиваться под воздействием случайных частных интересов.

Вторая сторона, представляющаяся важной для принятия конструктивных решений в области ядерной (радиационной) безопасности в России, состоит в действительной регионализации управления природопользованием. Общий принцип регионализации управления, рассмотренный выше в применении к субглобальным природным системам и международным правовым и экономическим отношениям, имеет особенности в масштабах одного государства, и тем более России с ее огромной территорией и разнообразием природных и социально-экономических условий.

На международном уровне принцип рационального сочетания общих и региональных подходов к обеспечению радиационной безопасности в отношении окружающей природной среды и населения отчетливо проводится, например, в рекомендациях Международной комиссии по радиологической защите: "Защита населения в. случае крупной радиационной аварии: принципы планирования" и "Принципы мониторинга в радиационной защите населения" [107]. Устанавливая общие для всех ситуаций методические положения по обеспечению радиационной безопасности, эти рекомендации относят принятие конкретных мер на те уровни в административно-территориальной структуре государств и те уровни в иерархии государственного управления, которых непосредственно касаются соответствующие ситуации и которые имеют возможности для обеспечения защиты.

Последовательное соблюдение этого-принципа в законодательной базе Российской Федерации по обеспечению радиационной безопасности способствовало бы не только рационализации социально-экономических и природоохранных управленческих решений, но и снятию ореола некоей необычности, надчеловечности с ядерной энергетики, некоей возвышенности ядерной энергетики над конкретными делами обычных людей в обычных сферах хозяйства; способствовало бы демократизации развития ядерной энергетики в обстановке гласности и добросовестного информирования населения. Результатом было бы понимание населением конкретной, а не небожительской логики развития ядерной энергетики и возможных его последствий.

Для этого важно не только декларативно провозгласить и законодательно закрепить, но и подробно регламентировать механизм учета региональных интересов при принятии конкретных решений о размещении и развитии объектов, связанных с ядерной энергетикой и радиационной безопасностью.

В качестве примера рассмотрим одну сторону такого механизма, которой пока не уделяется должного внимания. Известно, что в управленческих решениях по вопросам долгосрочного развития (а ядерная энергетика и возможные последствия ее развития, несомненно, относятся к вопросам долгосрочного характера) необходимы четкие и недвусмысленные разграничения и преемственность долговременных и кратковременных интересов.

В настоящее время такие интересы нечетко разделены и недостаточно преемственны на общегосударственном уровне, где сложность резко меняющихся конъюнктурных политических и экономических ситуаций отвлекает внимание всех органов власти и управления на решения, как правило, текущих, конъюнктурных задач. Однако здесь предпринимаются попытки осознать и нормативно оформить некие, пусть разрозненные, ориентиры долгосрочного развития.

Для регионального уровня нет даже обобщенных, абстрагированных положений, позволяющих если не определить и установить, то хотя бы обозначить взаимосвязи и приоритеты в сочетаниях долгосрочных и краткосрочных интересов. Гораздо более важно, что у органов региональной власти и управления нет функциональной ответственности в этой сфере, не установлены формы и методы правового выражения этих интересов. Исполнительные власти регионов выше всех приоритетов ставят тактические, конъюнктурные, что естественно: их постоянному воздействию они подчинены. Представительные же власти регионов не вышли из стадии становления и не имеют необходимых финансовых, технических, кадровых возможностей.

Необходим также правовой механизм выражения и эффективной реализации всей совокупности региональных интересов в увязке с общегосударственными. Во всяком случае, это необходимо в рассматриваемой нами сфере интересов, из противоречий которых могут проявиться опасные последствия для состояния биосферы и здоровья населения. О том, что такой механизм необходим для увязки интересов только на общегосударственном уровне, где, казалось бы, в первую очередь обеспечиваются общественные интересы, свидетельствует процедура принятия 23.02.1995 г. Президиумом правительства России решения об одобрении "Программы развития ядерной энергетики до 2000 года". Министр Минприроды РФ В.Н. Данилов-Данильян и академик А.В. Яблоков в открытом письме сообщили, что эта Программа одобрена "в узком кругу, без серьезного обсуждения", участия экологов и без "заключения Минприроды России" [27].

К сфере сочетания регламентированных и общегосударственных интересов можно отнести подготовку, принятие и реализацию решений, регламентирующих размещение, строительство, функционирование (включая транспортное обеспечение) и финансирование объектов ядерной энергетики и оборонных структур, связанных с ядерным оружием и использованием ядерных процессов. Здесь, безусловно, есть "закрытые" темы, о которых по соображениям разумной секретности должно быть известно исключительно ограниченному кругу лиц. Но игнорирование или недостаточный учет региональных интересов в менее секретных направлениях, например при принятии решений об ограничениях в планируемом или реально выделяемом финансировании, об экономии на природоохранных мероприятиях и т.п., может обернуться социальными, экономическими, биологическими катастрофами для конкретных людей и конкретных социально-экономических и природных систем, т.е. на региональном уровне. На общегосударственном уровне эти катастрофы воспринимаются не конкретно, не непосредственно, а опосредованно, через письменные сообщения, отраслевые связи, бюджетные отношения и т.п. Нельзя исключить, что отсутствие взаимосвязи общегосударственных и региональных интересов может быть связано не с осознанным пренебрежением последних, а только с тем, что региональные долговременные интересы некому выявить, выразить, оформить, представить и защитить.

На законодательном уровне широкие права субъектов Федерации в интересующей нас сфере радиационной безопасности закреплены в ст. 6 Федерального закона РФ "О радиационной безопасности населения", принятого 5.12.1995 г. и подписанного 9.01.1996 г. Однако сопоставление этих прав с правами федерации, закрепленными в ст. 5 этого же закона, показывает, что реализация прав субъектов Федерации будет решающим образом зависеть от подзаконных актов. Сроки же подготовки и принятия, а также содержания последних чаще определяются ведомственными, а не региональными интересами [125]. Так, в полномочия субъекта Федерации входит контроль за ввозом источников ионизирующего излучения на соответствующую территорию, их вывозом за пределы соответствующей территории и транзитом. В полномочия Федерации входит регулирование экспорта и импорта ядерных материалов, радиоактивных веществ и иных источников ионизирующего излучения, а также контроль за осуществлением их экспорта и импорта. Решение о ввозе ионизирующих материалов, таким образом, имеет право принимать исключительно федеральный орган управления. Но реализовываться ввоз может только на конкретную территорию и через конкретные территории, а субъектам Федерации может остаться, в пределах их полномочий, возможность контролировать только условия перемещения источника ионизирующего облучения, перемещающегося во исполнение принципиального решения о ввозе этого источника.

Субъекты Федерации имеют право принимать "участие в принятии решений о размещении на соответствующей территории организаций, в том числе оборонного назначения, производящих, использующих, перерабатывающих или утилизирующих источники ионизирующего излучения". Без установления форм и степени такого участия оно может, однако, в решающей степени зависеть не от долговременных устойчивых региональных интересов, а от политической и экономической конъюнктуры, личностных связей отдельных руководителей и т.п., т.е. от случайных факторов.

Каковы практические последствия фактической концентрации принятия принципиальных решений на федеральном уровне, можно проиллюстрировать ситуациями, возникающими в последнее время.

Известно, что в ст. 50 Закона "Об охране окружающей природной среды" запрещен ввоз в РФ радиоактивных отходов и материалов в целях хранения или захоронения. В конце 1995 г. в город Озерск Челябинской области из Финляндии прибыл восьми вагонный состав, загруженный отработавшим ядерным топливом (240 сборок) с финской АЭС в городе Ловлисе [124].

Отработавшее ядерное топливо, однако, не названо прямо в категории "радиоактивные отходы", установленной Законом "Об использовании ядерной энергии", где определено, что "радиоактивные отходы - ядерные материалы и радиоактивные вещества, дальнейшее использование которых не предусматривается". При этом отнесение объектов применения Закона к перечисленным в Законе категориям Закон передал в ведение эксплуатирующей организации. В результате "пока вопрос решается законодателями, Минатом, в числе других ведомств, может давать разрешение на ввоз ОЯТ на переработку, а радиоактивные отходы могут храниться в России" [125]. При этом Минатом согласовывал свои действия только с администрацией Челябинской области, минуя местный Комитет по экологии [125].

Ситуации, в которых, как минимум недостаточно, учтены интересы регионов и конкретных предприятий независимо от их подчиненности, возникают в сфере технического и технологического обеспечения переработки РАО. Минатомом РФ издан приказ, который фактически передает все оснащение установок по переработке радиоактивных отходов на всех станциях страны немецкой фирме НУКЕМ [87]. На обращение руководства Свердловской (Екатеринбургской) области и института Свердхиммаш, указывающих на имеющиеся в России возможности по изготовлению такого оснащения, Минатом РФ ответил отказом. Аналогичное решение принято для обеспечения переработки жидких радиоактивных отходов на Дальнем Востоке, по которому установку для такой переработки проектируют и строят не в России, где есть такие возможности, а в США [57].

Очевидно, насколько далека от совершенства и требует корректировки система законодательства, не обеспечивающая достаточной взаимосвязи ни между отдельными законами и нормативными актами, ни между интересами субъектов, функционирующих в сфере использования ядерной энергии и обеспечения радиационной безопасности.

Должно быть, наконец, совершенно точно установлено: в каких случаях, на каком уровне власти, управления, самоуправления и в каких формах может быть обсужден и решен вопрос о размещении и развитии в регионе объектов, являющихся возможным источником радиационной опасности. В рассматриваемом нами случае можно предположить, что потенциально опасный объект может быть размещен как на заселенном, так и на незаселенном острове северной части Курильской гряды.

Субъект Федерации в данном случае - Сахалинская область, основной экономический потенциал и население которой расположены на значительном удалении от опасного объекта, а сама опасность не представляет для них непосредственного характера. Опасность для них опосредована через воздействие на природно-ресурсную базу рыбного хозяйства морских участков в южной части течения Ойясио. Но не меньшая, а точно такая же опасность создается для рыбохозяйственного комплекса всего Дальнего Востока, другие субъекты Федерации которого формально могут быть не допущены до обсуждения, и тем более - разрешения радиационно опасной ситуации.

В гораздо большей степени, чем Северо-Курильского, где предположено размещение источника опасности, эта опасность касается Южно-Курильского района, в прибрежные воды которого могут быть вынесены загрязнения. Однако к участию в обсуждении проблемы формально может быть допущен именно Северо-Курильский район.

Для населения района, подвергающегося опасному воздействию, законодательством предусмотрено участие в решении вопроса в форме общественных слушаний и референдумов. На какое население следует распространить эти формы, если остров незаселен, а воздействие будет оказано на население других районов. Закон не определяет.

Из этого примера очевидно, что отсутствие подробного и недвусмысленного регламента процедур учета региональных интересов делает проблему получения рационального решения неразрешимой и оставляет широчайшее поле для решений нерациональных.

Завершая эту главу, можно отметить, что даже неполный вышеприведенный анализ позволяет сделать вывод о необходимости построения системы правового обеспечения всего многообразия видов человеческой деятельности, связанной с использованием ядерной энергии. Следует поддерживать попытки в этом направлении (например, [2]), начиная с создания концептуальных положений.

дальше >>

 См. также
КнигиИнструкция по составлению и подготовке к изданию листов Государственной геологической карты Российской Федерации масштаба 1 : 200 000 (Роскомнедра) М., 1995. 244 с. :
КнигиУчебник по экспериментальной и технической петрологии: Радиоактивные отходы
КнигиУчебник по экспериментальной и технической петрологии: обезвреживание радиоактивных отходов

Проект осуществляется при поддержке:
Геологического факультета МГУ,
РФФИ
   

TopList Rambler's Top100